На выставке марок

"Последние новости", Париж, 6 мая 1925 г.

Под одной крышей с Рафаэлем и Тицианом, Венерой Милосской и драгоценностями Французской короны собраны в Лувре в павильоне Марсена, десятки тысяч почтовых марок. Кто удивился бы такому соседству, пусть посмотрит с надлежащим почтением на крохотный четырехугольник: — английская Гвиана 1850 г. Марка была куплена за 348 000 фр. Другой голубой кусочек — Гавайская марка — стоит 250 000 фр. Что, кроме бриллиантов, может соперничать в цене с "Великими Монголами" и "Кохинорами" марочной Джоконды? И какая миниатюра самого прославленного художника выдержит испытание в цене с этими изготовленными механическим штампом клочками тонкой окрашенной бумаги?

Всем доступный предмет, который можно было купить за грош в любой почтовой конторе, становится волею судеб величайшей редкостью, обладанию которой завидуют десятки миллионов людей. Собирание марок стало теперь поистине повальной болезнью, охватившей весь мир. Посмотрите на вставке, как любовно погружаясь в блаженное созерцание рассматривают, с лупой в руках, одержимые марочной страстью несметные богатства, собранные в витринах выставки. Марки нетронутые и штемпелеванные, отдельные экземпляры и серии, листы и альбомы, конверты и открытые письма — вся география мира в маленьких четырехугольниках, треугольниках и кружках цветной бумаги. 

Профан не поймет, в чем тайна того или другого редкого экземпляра. Все они кажутся на один манер. Но скурпулезная наука филателия и зоркий глаз любителя различают в них тысячи оттенков краски, формы, зубцов, особенностей рисунка. Ошибка корректора или печатника, делающая марку непригодной к употреблению, сразу повышает ей цену для коллекционера. И за экземпляры, где вместо "Oldenburg" напечатано "Olbenburg" или "Liban" назван "Liabn" платят большие деньги. 

А когда совершает "опечатку" история, когда войнами, оккупациями и революциями переворачивается нормальная жизнь мира — какая редкость для филателистов! Какое разнообразие военных штемпелей, оккупационных марок, сколько новых эфемерных государств обогащает их коллекции фантастическими знаками, о которых забудут скоро все, кроме филателистов да архивных крыс истории!

Выставка делает замечательные образцы таких коллекций. Швейцарец Томмень собрал 34.000 разных марок, связанных с великой войной. Другая коллекция заключает шесть альбомов — 9280 марок, 1960 разных видов и относится только к 1920 и 1921 гг. Саррской оккупации.

Такие коллекции сопровождают детальными описаниями и классификациями.

Коллекция Анри Бауэра восстанавливает в марках и штемпелях писем день за днем весь период французско-прусской войны и оккупации Эльзаса и Лотарингии. В ней 10 000 разных экземпляров.

Русская революция дала собирателям богатый материал, и наш соотечественник Александр Серединский показывает полную коллекцию и старых русских марок, и марок эфемерных правительств, и армий от Прибалтики до Владивостока и от Архангельска до Батума. Советские марки, конечно, тоже представлены во всех комбинациях серпа и молота и в десятках ликов "Ильича".

Совсем новая отрасль марки авиационной почты и первые их собиратели дали уже обширные коллекции.

Выставка устроена по случаю когресса филателистов, происходящего сейчас в Париже. Когда она кончится, по разным странам к счастливым обладателям вернутся на короткий срок собранные в Лувре сокровища. Об этом несравненном марочном торжестве долго будут вспоминать его участники.

Р. Словцов